История возникновения
Убийство третьего халифа Усмана ибн Аффана, войны периода правления Имама Али (А) и возникновение хариджитов послужили причиной возникновения еще одного течения. Первыми последователями мурджиитов следует считать людей, впавших в сомнения, которые не понимали, на какой стороне истина! Те, кто поддерживал Али (А), назывались алавитами или шиитами Али (партия Али), а группа сторонников верблюжьего войска и Омеййядов именовалась усманитами. Во второй половине первого века хиджры мусульманский мир был охвачен дискуссиями на различные темы. Каждая сторона нарекала своих оппонентов заблудшими и иногда возводила заблуждение в степень неверия. В эти времена хариджиты, как самая фанатичная и агрессивная мусульманская группа, считали всех остальных мусульман неверующими и проливали их кровь. Примерно в 70 году хиджры группа мусульман вынесла суждение об отсрочке и остановке (ирджа) и сказала: Мы вверяем Господу суждение о них (то есть о бунтовщиках и убийцах Усмана, а также об обеих сторонах Верблюжьей битвы и битвы Сиффин), и оставляем его. Остановка (ирджа) в значении подачи надежды или дачи отсрочки, которая и послужила причиной того, что с тех пор их называют мурджиитами. На этом дискуссия не закончилась, а самой важной из поднятых тем был вопрос о том, что есть вера (иман) и неверие (куфр). На основе чего можно считать человека верующим или неверующим? Предводители мурджиитов, которые хотели, чтобы большинство мусульман присутствовало под знаменем веры, исключили деяния из определения веры и определили ее как свидетельство сердцем, которому иногда сопутствует словесное подтверждение. Общей чертой всех мурджиитских групп была вера в то, что деяния являются не частью веры, а её признаком. Трактат Хасана ибн Мухаммада ибн Ханафии написан в подтверждение доктрины мурджиитов, трактат Салима ибн Заквана Ибади – в опровержение, а стихи Сабита ибн Кутны являются одним из первых источников мурджиизма.[1]
Доктрина мурджиизма, которая во времена своего возникновения носила скорее чисто политический характер, постепенно обрела доктринальный окрас. Первым, кто изложил ее в форме концепции калама, был Хаммад ибн Аби Сулайман (ум. в 120 году хиджры) из числа покоренных народов и преподавателей Абу Ханифы. Хаммад отдавал предпочтение Али ибн Абу Талибу (А) перед Усманом и считал веру принятием чего-либо в сердце. По этой причине приверженцы преданий критиковали его и считали заблудшим. Согласно точке зрения современных доксографов причиной приверженности покоренных народов мурджиизму было то, что Омеййяды принижали новообращенных мусульман и не считали их настоящими мусульманами. Покоренные народы, поддерживая мурджиизм, хотели показать Омеййядам и остальным арабам, что вера – это только согласие сердцем и словесное подтверждение. Потому, все кто произнесли два свидетельства веры – братья друг другу, и нельзя получать с них джизью.[2] Большинство утверждений мурджиитов изначально сводились к тому, что ни одного мусульманина нельзя выводить из ислама и веры под предлогом его ошибочного деяния. Постепенно они пришли к выводу, что основная причина этого заключается в том, что деяние (шариатское предписание) лежит за рамками определения веры. Постепенно эти обсуждения переместились и в другие области. Поднялись такие вопросы: Уменьшается ли вера и увеличивается ли она? Есть ли у веры людей степени? Дозволено ли утверждающему «я – верующий ин ша Аллах (если пожелает Бог – прим. пер.)» говорить «ин ша Аллах» или не дозволено?
Абу Ханифа, который был выдающимся учеником Хаммада ибн Аби Сулаймана и тоже из числа покоренных народов, также занял позицию мурджиитов. Он рассмотрел данный вопрос в трактате «Аль-‘алим валь-мута’аллим» и поднял аргументацию в защиту того мнения, что деяния лежат за пределами понятия веры. В то же время многие мусульмане принимали определение веры мурджиитов, и они делились на три группы: чистые мурджииты, мурджииты-джабриты (фаталисты, сторонники принуждения) и мурджииты-кадариты (сторонники свободы воли). Некоторые в вопросе веры принимали точку зрения мурджиитов, но в вопросе принуждения и свободы воли одни из них были сторонниками принуждения, а другие сторонниками свободы воли, и назывались мурджиитами-кадаритами. Абу Ханифа, происходивший из Хорасана, имел множество сторонников на востоке мусульманского мира, которые все еще сохраняют своё влияние. А также большинство мусульман индийского субконтинента, Средней Азии и Мавераннахра следуют за Абу Ханифой, и в вопросах определения веры все еще придерживаются той же точки зрения. Согласно доксографическим трудам среди мурджиитов есть несколько различных определений веры:
Первое определение: Часть мурджиитов определяли веру как познание Господа, а неверие – как невежество по отношению к Господу. Они считали веру входящей в категорию знания, и были убеждены, что если человек будет отрицать словесно, но в душе будет иметь познание о Господе, то он – верующий. К данной группе можно отнести джахмитов (последователей Джахма ибн Сафвана из числа мурджиитов-джабаритов), салихитов (последователей Абуль-Хусейна Салихи), йунуситов (последователей Йунуса Самани). Хотя следует отметить, что эти три группы имеют между собой разногласия, которые отражены в доксографических трудах.
Второе определение: Часть мурджиитов посчитала веру только словесным подтверждением. Представители данной точки зрения уверены, что любой, кто произнес два свидетельства, является верующим. С точки зрения этих людей все мусульмане являются верующими и нет разницы между исламом (произнесением двух свидетельств) и иманом (верой).[3] Данной точки зрения придерживаются карамиты (последователи Мухаммада ибн Карама) и субаниты. У карамитов до пятого-шестого веков хиджры были последователи в Хорасане, а затем они исчезли.
Третье определение: Вера – это познание Господа и Его Пророка и словесное подтверждение. Данная точка зрения – это, по сути, компиляция двух предыдущих. Данное определение принимают наджжариты (последователи Хусейна ибн Мухаммада Наджжара), шабибиты (последователи Мухаммада ибн Шабиба), гайланиты (последователи Гайлана Димашки, принадлежащие к числу мурджиитов-кадаритов), и к этой же группе можно отнести Абу Ханифу.[4]
Следует отметить, что в первые века с точки зрения Ахмада ибн Ханбала и приверженцев преданий мурджииты относились к числу групп, следующих нововведениям. Но постепенно их перестали называть нововведенцами, и они вошли в число суннитских течений. Причина этого заключалась в том, что в воззрениях ханафитов произошли некоторые изменения, а также были образованы большие государства ханафитов, последним из которых была Османская империя. В этом плане интересным является сравнение «Аль-милал ван-нихал» Шахристани и «Макалат-уль-исламиин» Абуль-Хасана Ашари. Ашари указывает на Абу Ханифу как на предводителя группы мурджиитов, но Шахристани защищает Абу Ханифу и называет его мурджиитом, который следует традиции, а не мурджиитом, следующим нововведению. Матуридиты, представляющие собой последователей Абу Ханифы в каламе, продолжили его путь и определили веру как признание сердцем и словесное подтверждение. С их точки зрения вера не увеличивается и не уменьшается. Они считают недозволенным использование слова «фасик» (грешник, нечестивец) относительно мусульманина, совершившего тяжкий грех. Они говорят, что совершающий тяжкий грех является «фасиком» только в момент совершения греха.
Мурджииты в шиитских преданиях
В некоторых шиитских преданиях мурджииты осуждаются, и этим словом названы усманиты и сунниты. Согласно одному из преданий у Имама Джафара Садика (А) спросили о причинах его несогласия с мурджиитами. Имам сказал: «С точки зрения мурджиитов наши убийцы (такие как Муавия и Язид) – верующие. Таким образом их (мурджиитов) руки до Судного дня пропитаны нашей кровью».[5] Шейх Муфид в «Аль-фусуль-уль-мухтара» передает, что Имам Садик (А) считает Абдуллаха Афтаха большим мурджиитом, ибо Абдуллах занял позицию остановки относительно Али (А) и Усмана, которая и является позицией мурджиитов.[6]
Следует заметить, что от Имамов передается большое количество преданий в опровержение мурджиитов, где они порицаются за качества «насибитов», то есть за вражду к Имаму Али (А).[7] Потому не нужно путать слово «мурджиит» в хадисах со словом «мурджиит» в трудах доксографов. Также следует отметить, что на протяжении истории большинство шиитских, ашаритских и матуридитских мутакаллимов приняли определение веры как признание сердцем и словесное подтверждение, и исключили деяния из определения. Абу Исхак Наубахти, шейх Муфид, Сейид Муртада, хаджа Насир-уд-Дин, аллама Хилли, Абуль-Фатух Рази и другие тоже приняли определение веры как признание сердцем и словесное подтверждение. В этом вопросе «Шарху мавакиф» и «Шарху макасид» полны интересных моментов. Матуридиты, как последователи Абу Ханифы, полностью приняли его точку зрения и исключили деяния из определения веры. Но мутазилиты, хариджиты, зейдиты, приверженцы преданий и ваххабиты отвергли точку зрения мурджиитов и сочли деяния частью веры. Большинство мусульманских течений, кроме матуридитов, приняли возможность увеличения и уменьшения веры, и отвергли точку зрения Абу Ханифы в данном вопросе.[8]
Вопросы
1. Какова причина возникновения мурджиитов?
2. Перечислите различные определения веры, и напишите точки зрения различных течений по данному вопросу.
3. В чем причина принятия мурджиитов суннитами?
4. Прочитайте статью «Иман дар ислам» (Вера в исламе) во втором номере журнала «Маджале-е анджоман-э маарэф-э эслами», и дайте определение веры.
Рекомендованная литература
1. Расуль Джафариан, «Мурджийе, тарих ва андише» (Мурджииты, история и доктрина), «Макалат-э тарихи», десятый выпуск, изд-во Энтешаратэ далил-е ма (Самая подробная книга на персидском языке о мурджиитах).
2. Хусейн Атван, «Мурджийе ва джахмийе», пер на перс. Хамид Реза Ажир, изд-во Астан-э кудс-э разави, первое издание, 1380 год солн. хиджры.
3. Сафар ибн Абдур-Рахман Хавали, «Захират-уль-ирджа филь-фикр-иль-исламийа» (Явление мурджиизма в исламской мысли), том 2, египетское издание, 1417 год хиджры.
4. Мухсин Джудаки, «Назарийе-е иман дар арсэ-е калам ва куран» (Концепция веры в рамках калама и Корана), изд-во Моавэнат-э умур-э асатид, 1376 год солн. хиджры.
5. Мухаммад Рида Фаджруллах, «Аль-ислам валь-иман валь-фирак байнахума» (Ислам и вера, и течения среди них), Наджаф, изд-во Муншавирату дар-иль-байан.
6. Мухаммад Наим Йасин, «Аль-иман, арканух, хакикатух ва навакидух» (Вера, ее столпы, суть и то, что ее аннулирует), изд-во Мактабат-ус-сана, первое издание, Египет, 1412 год хиджры.
7. Джафар Собахни, «Бухус филь-милал ван-нихал», том 3, стр. 71 – 109.
8. Тосихико Идзуцу, «The Concept of Belief in Islamic Theology», пер. на перс. под наименованием «Мафхум-э иман дар калам-э эслами», перевод Захра Пурсина, изд-во Суруш, первое издание, Тегеран 1378 год солн. хиджры.
9. Michael Cook, “Early Muslim Dogma”, pp. 68 – 89.
[1] Подробнее относительно текста трактата Салима ибн Заквана см. Майкл Кук «Early Muslim dogma», стр. 160 – 163. Сам полный текст трактата Салима ибн Заквана Ибади в 2000 году был отредактирован и напечатан Кроном Циммерманом с длинным предисловием в Лондоне в Оксфордском университете.
[2] Маделунг, «Феркэха-е эслами», перевод Абуль-Касим Сирри, стр. 35 – 41.
[3] Между верой и исламом есть разница. Вера является более широким понятием, чем ислам. В Коране сказано: «Сказали бедуины: «Мы уверовали». Скажи: «Вы не уверовали. Посему говорите: «Мы стали мусульманами». Вера еще не вошла в ваши сердца». (сура «Комнаты», аят 14). – Прим. пер.
[4] Среди доксографов есть разногласия относительно данной классификации, но по причине древности труда «Макалат-уль-исламиин» и внимания Абуль-Хасана Ашари в передаче точек зрения, мы использовали его труд в качестве источника («Макалат-уль-исламиин», том 1, стр. 197 – 205, исследование Мухи-уд-Дина Абд-уль-Хамида).
[5] «Усуль Кафи», том 2, стр. 409, Книга веры и неверия, раздел противоборствующих групп. Аллама Маджлиси в «Мират-уль-‘укуль», том 11, стр. 217, называет данный хадис – мурсаль (хадис с отсутствующим звеном).
[6] «Маджму’ату мусаннафат шейх Муфид», том 2, стр. 312.
[7] Подробнее см. Расуль Джафариан «Макалат-э тарихи», десятый выпуск, стр. 80-91.
[8] Подробнее см. Второй мученик, «Хакаик-уль-иман», стр. 50 – 135; Тафтазани «Шарху макасид», том 5, стр. 175 – 232; Джорджани «Шарху мавакиф», том 8, стр. 351 – 374.